Отношение к религии в Иране

Отношение к религии в Иране

В вопросе об отношении к религии с самого начала своего существования Туде не стала на атеистические позиции. Партийная газета «Рахбар» в статье «Исламская вера в наших воззрениях» писала: «Большинство членов партии мусульмане, рождены в мусульманских семьях и очень почитают и уважают закон шариата Мохаммада и никогда не пойдут по пути, противному этой вере, и никогда не примут мировоззрения, противоречащего ей». Далее отмечалось, что слухи о негативном отношении партии к исламу распространяет Сеид Зия и его подручные, и выражалась уверенность в том, что иранский народ понимает это.

В вопросах внешней политики НПИ старалась занять беспристрастную равноудаленную от великих держав позицию: «Мы обусловливаем свою дружбу как с Британией, так и с Советским Союзом одним условием — эти государства должны соотносить свои интересы с нашими национальными интересами и повышением нашего всеобщего счастья. Эти два государства не должны проводить в Иране реакционной и экстремистской политики». Особая сдержанность проявлялась в отношении СССР: «В тот день, когда мы почувствуем, что северный сосед вопреки нашим представлениям предполагает для себя в Иране колониальные преимущества или намерен навязать силой иранскому народу свой режим, или хочет присоединить Иран к своей территории, мы будем отчаянно бороться против этого».
Как справедливо отмечает Абрахамиан, «…Туде была скорее либеральной, чем радикальной партией».

Умеренный характер программы новой организации и отсутствие заявлений руководства партии относительно основных коммунистических установок имели целый ряд объяснений. По мнению М. Резы Годса, это опасность попасть под действие антикоммунистического акта 1931 г., который еще не был отменен, нежелание вызвать гнев иранского духовенства, стремление завоевать поддержку самых широких слоев населения и националистов, опасения руководителей попасть под влияние руководителей ИКП, с которыми у многих представителей группы Пятидесяти трех были постоянные разногласия, и др. Все это так, но была и другая причина, коренившаяся в персональном составе руководства партии.
По мнению Джами, Туде, имея таких вождей, как Солейман Мирза Искандери и Нуреддин Альмоути, была партией, выступающей за свободу, прогрессивной, защищающей конституцию и конституционализм, и скорее являлась фронтом, чем партией. С такой оценкой НПИ в период ее зарождения трудно не согласиться.
Действительно, в значительной степени весьма умеренная программа партии объяснялось составом ее руководства, представленного, прежде всего, каджарскими принцами, выходцами из аристократических и весьма состоятельных семей, придерживавшихся либо либеральных, либо умеренно-марксистских взглядов.

Представляется, что уникальность иранской ситуации состоит в огромной роли, сыгранной именно представителями династии Каджаров в становлении новой марксистской партии в Иране. На начальном этапе становления Туде все трое представителей семейства Искандери входили в состав ЦК. Возможно, судьба хотела испытать династию Пехлеви, создавая партию, желавшую ее устранения, руками Каджаров, в свое время низвергнутых Реза Ханом с иранского престола.

Постепенно позиция партии по основным вопросам начала проявляться более четко. Так, Эхсан Табари характеризовал классовую опору партии следующим образом: «Народная партия Ирана — это совокупность четырех классов и отражает в своей программе интересы этих четырех классов (рабочие, крестьяне, интеллигенция и ремесленники)».


Комментарии закрыты.